такой страшный сон. неужели это отражение моей жизни? страх и похоть. и бесконечный побег.... я была с парнем, 2 капли - ОН. была я с ним прямо посреди людной улицы. но ничего не замечала вокруг. моя страсть перешла в его вялость и безразличие. из него потекла кровь. мы остановились. Я спросила у него фамилию. Кризис. с буквой "с" на конце, а не "з". Мне это казалось очень важным. И фамилия казалась породистой и благозвучной. Я так радовалась. И он был так похож. Они все похожи, потому что во мне стерлись различия. Мы поехали на его тачке к нему домой. И на светофоре менты дали задний ход, разбили и свою машину и нашу, потом один из них достал пистолет и убил Его. Потом посмотрел на нас (нас было несколько в машине) и сказал, что лучше бы нас и никогда не было. И тут я решила исчезнуть. Я побежала что есть сил. Он стрелял, и вокруг меня падали невинные люди. Я плакала. Остановилась и пошла к нему. Он подошел и у меня исчезло все. воспоминания. память. Номера в телефоне. Осталась только пустота и мой серый плащ. я Накинула капюшон и пошла просто в перед. медленным шагом. Чтобы никто не подумал что я бегу от чего-то. Я просто шла. Брела. По Москве. Это был очень быстрый путь. Иногда я пыталась вспомнить, но тут же прекращала. Ведь я иду. Вперед. А значит к цели. И тут я услышала мамин голос. Она как будто искала меня. Он был таким знакомым. Я побежала. Это оказался кто-то. Не она. Она говориа по телефону, что ту девочку все равно ищут. а те 2 уже во всем сознались. Рядом стоял старик. И обратился ко мне мамочка! Я Спросила "Какая же я вам мамочка, если вы мне сын" А он отвелил, что "Он половина моего сына" Я спросила сколько же мне по его мнению. он ответил Что 60. А я ведь просто шла вперед. И моя молодось прошла. Я плакала. Раскинула руки и упала. Потому что так наверно делают отчаявшиеся, потерявшие все люди. А чувств уже не осталось. Только пустота и инстинкты. И тут в полуоткрытый рот начала течь струйка холодной морозной воды. Кристальной. я тянулась к ней как к спасительной и жадно глотала... А вокруг была наша Вера. Не та которая в церкви, А та, которая наполняет пустую душу человека, чтобы он мог жить дальше.
это правда был очень страшный сон. мне и сейчас страшно.